Рефераты

Курсовая работа: Инфляция

7.   В течение кризисного периода следует также проводить рациональною государственную политику защиты внутреннего рынка и строгого контроля частной экспортной деятельности. Все экспортные операции должны осуществляться через немногие крупные фирмы и синдикаты, контролируемые государством и выполняющие экспортные операции на комиссионных налогах.

 

7. Рост и падение Российской Инфляции

 

7.1 Специфические источники инфляции в Российской экономике

 

7.1.1 Проблема ценовых индикаторов

Прежде чем перейти к анализу, следует уточнить, какие индикато­ры целесообразно использовать для измерения динамики цен и стоимо­стных соотношений. Это вовсе не второстепенный вопрос, поскольку существующий набор показателей со­держит множество внутренних про­тиворечий и поэтому позволяет прийти к совершенно разным выво­дам в зависимости от того, на какие из этих показателей опираться.

Госкомстат ежемесячно публикует отраслевые индексы оптовых цен производителей. Однако сопоставле­ние их с другими индикаторами це­новой динамики ясно показывает, что индексы оптовых цен система­тически завышаются. Накапливаясь, отклонения делают невозможным ис­пользование данного показателя для изучения долгосрочных изменений цен. Так, уровень оптовых цен (без учета НДС) на всю промышленную продукцию в среднем за 1995 год пре­вышает их уровень 1990 года в 7564 раза, тогда как соответствующий рост потребительских цен (которые включают и НДС) составил лишь 3483. Если предположить, что уровень оптовых цен все же измерен вер­но, то мы должны были бы заклю­чить, что производство сократилось на 80 процентов (объем выпуска в текущих ценах увеличился в 1561 раз). Рост обменного курса за это время составил 7836 раз, т.е. почти столько же, сколько и рост оптовых цен. Практически всеми признает­ся, что в 1990 году официальный курс доллара (IS = 0,6 рубля) был занижен. Значит, следовало бы так­же признать, что доллар по-преж­нему недооценен на внутреннем оп­товом рынке. Это выглядит неправ­доподобным.

В качестве альтернативного пока­зателя ценовой динамики мы счита­ем целесообразным использовать «дефляторы», определяемые как со­отношения между ростом объема продукции в текущих ценах и в со­поставимых. Их уровни не содержат явных противоречий другим показа­телям. Соответствующие оценки вместе с индексами потребительских цен приведены в таб.1.

Таблица 1. Индекс-дефляторы по отношению к 1990 году

1991 1992 1993 1994 1995
Ïðîìûøëåííîñòü 2.3 41 334 1248 3584
Ñåëüñêîå õîçÿéñòâî 1.7 19 171 686 2600
Èíäåêñ  ïîòðåáèòåëüñêèõ  öåí 2.0 30 296 1192 3483

Что касается индексов оптовых цен, то они, на наш взгляд, могут использоваться для приблизительной оценки краткосрочной динамики цен произ­водителей и для анализа межотрас­левых соотношений цен.

7.1.2 Механизмы инфляции

 

Признавая действие в России ряда традиционных механизмов инфляции, мы бы хотели сосредоточиться на рас­смотрении ее специфических источ­ников. Начнем с краткого перечис­ления особых условий, в которых бы­ли начаты реформы.

В централизованной экономике с конца 80-х годов значительно усили­лось развитие «подавленной» инфля­ции. Толчок этому дало частичное ос­лабление регламентации формирова­ния и использования предприятиями своей прибыли. В результате их до­ходы стали расти за счет сокращения доходов бюджета. Особенно большое перераспределение произошло в 1991 году в результате борьбы за контроль над экономикой между российскими и союзными органами власти. Вер­ховный совет и правительство России предоставляли тогда широкие налоговые льготы предприятиям, переходив­шим под их юрисдикцию, в результа­те чего резко увеличился дефицит со­юзного бюджета.

Усиливалась несбалансированность потребительского рынка. Соотноше­ние между расходами населения (без учета сбережений) и его текущими до­ходами упала с 87,4 в 1990 году до 79,2 процента в 1991 году. Первоначаль­ный толчок инфляции был дан еди­новременной либерализацией цен с начала 1992 года, когда не имеющие рыночного опыта предприятия в пер­вый же месяц повысили цены в сред­нем в 5 раз. Поскольку рост заработ­ной платы при этом почти вдвое от­ставал от роста потребительских цен, а общая денежная масса повышалась еще медленнее, резкое падение спроса стало одной из главных причин сокра­щения производства.

Незадолго до начала экономических реформ началось снижение объемов добычи в нефтегазовом секторе, ко­торый в значительной степени ком­пенсировал неэффективность других секторов. Если в 1985 году добыча не­фти составляла 542 миллиона тонн, то в 1991 году она упала на 15 процен­тов (до 462 миллионов тонн). В кон­це 1991 года произошел распад СССР, сопровождавшийся нарушением мно­гих производственных связей. В те­чение нескольких последующих лет заключались межправительственные соглашения о взаимных поставках важ­нейших видов продукции, однако они охватывали лишь небольшую часть ко­операции, развивавшейся в Советс­ком Союзе безотносительно к республиканскому делению. Незадолго до того прекратил свою деятельность Со­вет экономической взаимопомощи, в рамках которого прежде происходила значительная интеграция рынков со­циалистических стран. Перечислен­ные обстоятельства внесли дополни­тельный вклад в сокращение произ­водства. Последовавший спад в свою очередь стал одним из генераторов ин­фляции .

Важнейшее значение для формиро­вания последующих инфляционных процессов имел характер российской экономики, сложившийся к началу реформ. Одну из главных ее особен­ностей можно назвать «нерыночной» структурой производства. Под этим мы понимаем диспропорциональ­ность, удаленность стартового распре­деления ресурсов от конкурентного равновесия. В рыночной экономике постоянно идут процессы ликвидации нерентабельных фирм и возникнове­ние новых, распространение техни­ческих нововведении на всю отрасль и т.д. За счет этого разброс в нормах рентабельности предприятий одной отрасли остается ограниченным. Ис­ключение составляют добывающие от­расли и сельское хозяйство, где раз­личия в рентабельности определяют­ся природными условиями и рассмат­риваются экономистами как диффе­ренциальная рента.

В административной системе ко­лоссальная дифференциация характе­ризовала и предприятия обрабатыва­ющей промышленности. Так, рента­бельность предприятий электротехни­ческой промышленности СССР в се­редине 80-х годов охватывала диапа­зон от 50 до 230 процентов. Подоб­ное положение достигалось за счет централизованного перераспределения финансовых ресурсов. Не меньшее значение имело и распределение ма­териальных ресурсов в соответствии с «приоритетностью» секторов экономи­ки. В результате современное обору­дование, наиболее качественный ме­талл и лучшие кадры руководителей направлялись в военно-промышлен­ный комплекс и тяжелую промышлен­ность в ущерб легкой, пищевой, сель­скому хозяйству. В плановом хозяй­стве сосуществование предприятий и секторов с резко различающейся эф­фективностью обеспечивалось широ­кой системой «нерыночных» механиз­мов, включавшей цены, не учитыва­ющие спрос и предложение, различ­ные виды дотаций, поддержку «пла­ново-убыточных» предприятий и т.д. В условиях перехода к рыночной эко­номике, предполагающей выравнивание цен, межотраслевая и внутриот­раслевая дифференциация эффектив­ности производства оказывается мощ­ным фактором, вынуждающим убы­точные и низкоэффективные предпри­ятия сохранять высокие темпы роста цен на свою продукцию (отраслевые цены формируются на уровне предель­ных издержек).

Другой важный источник инфляции мы видим в исходных диспропорциях внутренних и мировых цен. Сложив­шиеся в рамках административной си­стемы цены имели существенные пе­рекосы: энергия и сырье были срав­нительно дешевыми, а продукция об­рабатывающей промышленности и сельского хозяйства - дорогими. В первую очередь это было обусловлено низкой общей эффективностью нашей обрабатывающей промышленности при измерении затрат и выпуска в ми­ровых ценах. К этому добавлялась описанная выше целенаправленная политика «дискриминации» неприоритетных отраслей, усугублявшая от­ставание потребительского сектора.

Относящиеся к 1987 году оценки Госкомстата РФ соотношений внут­ренних и внешнеторговых цен дают в целом сходную картину при сравне­нии и по кругу экспортируемых, и по кругу импортируемых товаров (см. Рис.1). При этом важны не абсолют­ные значения (обменный курс рубля весьма заметно отличался от его по­купательной способности), а их раз­личия по секторам.

Такая ситуация могла существовать прежде всего благодаря тому, что вне­шняя торговля была жестко центра­лизована. Причем решения в очень небольшой степени учитывали эконо­мическую эффективность, измеренную в действующих ценах: в расчетах с производителями применялся спектр специальных обменных курсов, диф­ференцированных по отраслям и по группам продукции. В итоге Советс­кий Союз имел сравнительно низкую интегрированность в мировую эконо­мику. Экспорт и импорт охватывали довольно узкий и неизменный круг продукции (поставки преимуществен­но нефти, газа, леса, военной тех­ники и закупки зерна, оборудования, товаров легкой промышленности).

"Открытие" экономики в ходе эко­номических реформ, введение частич­ной конвертируемости рубля неизбеж­но должны были привести (и приве­ли) к сближению первоначально очень далеких друг от друга систем цен, что также стало одним из главных источ­ников инфляции. Переход к рыноч­ному определению обменного курса

привел к его неадекватному скачку в начале 1992 года и сделал все внут­ренние цены в долларовом выражении на порядок меньшими мирового уров­ня. Так, средняя цена нефти на рос­сийском рынке составила в 1992 году лишь 11 долларов за тонну, газа - 3 доллара за тысячу кубометров. Вслед­ствие этого вся экономика испытыва­ла инфляционное давление со сторо­ны цен экспортируемых товаров.

Как уже отмечалось, важную роль в поддержании инфляции сыграл так­же происшедший за годы реформ глу­бокий спад производства. В первом квартале 1996 года объем промышлен­ного производства составил 49 про­центов по сравнению с аналогичным периодом 1991 года. Часть этого спа­да объясняется такими упоминавши­мися "внешними" причинами, как дезинтеграция единого рынка бывшего СССР и распад СЭВ, однако другая - тесно связана с проводимыми ре­формами и стабилизационной поли­тикой. Значительная часть спада, на наш взгляд, обусловлена быстрым "от­крытием" экономики, в результате че­го многие предприятия легкой и пи­щевой промышленности, бытовой электроники и т.д. оказались потес­нены на отечественном рынке.

Взаимосвязь спада и инфляции раз­вивается по нескольким спиралям. Во-первых, в процессе сокращения производства значительно растут из­держки на единицу продукции, по­скольку существенную их долю состав­ляют "фиксированные затраты". В ча­стности, спад не сопровождался

адекватным сокращением численнос­ти занятых. Таким образом, умень­шение объемов производства создает затратное давление на цены. Вторую "спираль" взаимного усиления состав­ляют объем производства и расходы госбюджета. В рамках стабилизационных программ правительство вы­нуждено идти на уменьшение своих расходов, сокращая тем самым конеч­ный спрос. Это влечет за собой до­полнительное уменьшение выпуска и, следовательно, дальнейшее снижение поступления налогов.

Борьба с инфляцией путем сжатия денежной массы (по отношению к производимому продукту) ведет к не­хватке денежных, а следовательно, и материальных оборотных средств, что, как правило, приводит к сокра­щению производства. Анализ данных за 1992-1995 годы свидетельствует, что уменьшение реальной величины денежной массы на 10 процентов свя­зано с дополнительным снижением промышленного производства на 1 процент.

При этом дефицит кредитно-денежных средств в сфере материаль­ного производства имеет две состав­ляющие. Одна обусловлена измене­нием суммарного предложения денег, т.е. может рассматриваться как побоч­ный результат проведения жесткой мо­нетарной политики; Другой аспект той же проблемы - перетекание средств из сферы материального про­изводства в финансово-посредничес­кий сектор (в первую очередь в бан­ковскую систему). Причиной служит

одна из наиболее разрушительных дис­пропорций в структуре российской экономики после начала реформ: раз­рыв в эффективности капитала в ма­териальном производстве и в сфере финансовых и посреднических услуг. Согласно данным о прибыли и капи­тале 100 крупнейших банков отноше­ние их суммарной прибыли за 1994 год к суммарному капиталу на середину года составляет 71 процент. В то же время средняя рентабельность к про­изводственным фондам (переоценен­ным с учетом индекса оптовых цен) в промышленности равнялась пример­но 15 процентам.

Традиционное представление об оп­тимизирующем воздействии рыночных механизмов на структуру производства основано на предпосылке о свобод­ном перетоке ресурсов из депрессив­ных отраслей в более эффективные. Что касается трудовых ресурсов, то их территориальная мобильность в Рос­сии была всегда резко ограничена из- за дефицита жилья и отсутствия его рынка, больших расстояний между промышленными центрами. О пере- токах капитала бессмысленно говорить в условиях, когда объем производ­ственных капитальных вложений сни­зился в 4 раза по сравнению с пред- реформенными годами. Неопределен­ность, непредсказуемость даже близ­кого будущего (в частности, из-за вы­сокой инфляции), неурегулирован­ность прав собственности и т.д. яви­лись тормозом для отечественных и зарубежных инвестиций, а следова­тельно, и для перестройки производ­ственной структуры. В результате дисбаланс спроса и предложения раз­решался только одним способом: сни­жением предложения.

Двустороннюю связь между темпа­ми инфляции и объемом производства иллюстрирует динамика этих показа­телей в 1995 и начале 1996 годов. Ос­лабление инфляции совпало по вре­мени с периодом ослабления про­мышленного спада - можно предпо­ложить, что здесь имеется и некото­рая причинная связь. Вместе с тем ужесточение монетарной политики в 1995 году привело в октябре-ноябре к локальному конъюнктурному спаду. Рассмотрим сформировавшиеся в ре­зультате действия описанных факторов отраслевые пропорции

(Рис.2, 3).

Приведенные данные свидетель­ствуют, что соотношения цен суще­ственно приблизились к соотношени­ям цен на мировых рынках. Обраща­ет на себя внимание тот факт, что близкую зависимость имеют и индек­сы спада. Очевидно, эти показатели  менялись в тесной зависимости. Пе­рераспределение добавленной стоимо­сти, происходившее в рамках инфля­ции, определялось преимущественно "силой" сторон в переговорах о ценах поставок. Здесь играли роль следую­щие факторы.

- Соотношение между внутрен­ней и мировой ценой. Сырьевые от­расли, имеющие благоприятные со­отношения этих цен, получили воз­можность экспортировать свою про­дукцию по ценам, значительно пре­вышающим внутренние. Это не толь­ко усилило их переговорные позиции, но и привело к тому, что до недавне­го времени они нередко вообще не бы­ли заинтересованы в сохранении по­купателя на внутреннем рынке (какая бы цена ни была согласована, экспор­тные поставки все равно были выгод­нее). Если сырьевые отрасли имели возможность вывозить свою продук­цию, то производители потребитель­ских товаров, наоборот, были вынуж­дены бороться (и не слишком успеш­но) с конкуренцией иностранных фирм на внутреннем рынке.

- Монопольная структура россий­ской экономики. Средний размер про­мышленного предприятия в нашей стра­не в 10 раз выше, чем в США. Если гам средняя численность работающих на одном предприятии составляет 80 чело­век, то в России - 800. Согласно оп­росу предприятий[AK1] [2], проведенному в 1992 шву, 2/3 из них полагали, что могут най­ти альтернативные источники максимум для 10 процентов получаемых ими по­ставок. При этом большинство руково­дителей считали свое влияние на цены поставщиков слабым (лишь 4 процента назвали его значительным и еще 13 про­центов - умеренным). Заметим, что степень монополизации, грубо характе­ризуемая размерами предприятий, за­метно различалась по отраслям: она бы­ла максимальной в отраслях тяжелой промышленности (где среднеотраслевая численность превышала 1,6 тысячи че­ловек) и минимальной в отраслях потребительского сектора и сельском хо­зяйстве (0,6 тысячи человек и менее). Анализ средних размеров предприятий по отраслям делают вполне обоснован­ной гипотезу, что крупные размеры предприятий в отрасли - фактор, спо­собствующий поддержанию высокого уровня относительных цен.

Отметим, что в индустриально раз­витых странах важнейшее нормализу­ющее влияние на стабилизацию цен

и формирование их структуры оказы­вают (особенно в последние десяти­летия) ассоциации предприятий и крупные корпорации, связанные меж­ду собой долгосрочными соглашени­ями. Функции такой организацион­ной системы во многом сходны с ро­лью, выполнявшейся в СССР аппа­ратом министерств и ведомств. В на­стоящее время процесс образования в России финансово-промышленных групп и крупных корпораций только начался. Отсутствие юридически оформленных межотраслевых корпо­раций - еще одна важная причина, затрудняющая формирование согласо­ванной рациональной системы цен.

Данные о межотраслевых ценовых пропорциях полностью объяснимы приведенными факторами. Несколь­ко выпадает на первый взгляд из об­щей тенденции лишь пищевая про-

мышленность. Однако ее сравнитель­но высокий уровень цен может быть объяснен тем, что предприятия этой отрасли являются, как правило, "ло­кальными монополистами", что по­зволяет им диктовать цены произво­дителям сельскохозяйственного сырья.

 

7.1.3 Оценка стабилизационной политики правительства

Чтобы оценить проводившуюся пра­вительством стабилизационную поли­тику, рассмотрим некоторые ее ре­зультаты. Как уже отмечалось, зна­чительно снизились в последние ме­сяцы темпы инфляции. Анализ ди­намики ценовых соотношений пока­зывает, что они в основном стабилизировались. За последний год основ­ное изменение пропорций было свя­зано с заметным относительным удо­рожанием энергоносителей. Причи­ной, по-видимому, послужили как отмена экспортных квот на нефть и нефтепродукты, так и увеличение включаемых в цену акцизов. Однако в настоящее время стоимость нефти и газа на внутреннем рынке (соответ­ственно 87 долларов за тонну и 66 дол­ларов за тысячу кубометров) вплот­ную приблизилась к ценам их экспор­та, таким образом потенциал их даль­нейшего роста в основном исчерпан. В 1995 году был достигнут сравнитель­но небольшой дефицит федерального бюджета (2,9 процента от ВВП).

Вместе с тем ряд обстоятельств не позволяет говорить о том, что задача стабилизации близка к решению. С са­мого начала реформ обнаружилось, что предприятия реагируют на моне­тарные ограничения не замедлением роста цен, а нарастанием неплатежей. Этому правительство так ничего и не противопоставило. Попеременно ос­лабевая или усиливаясь, такое поло­жение просуществовало до настояще­го момента. В рамках действующих цен взаимные задолженности дают возможность держаться на плаву эко­номически неэффективным предпри­ятиям за счет перераспределения в их пользу чистого дохода успешно фун­кционирующих участников рынка. Таким образом, они заменяют в ры­ночных условиях механизм, который обеспечивал сосуществование разно- эффективных предприятий в плановом хозяйстве, но делают это в более широких масштабах.

Если в 1991 году убыточные пред­приятия в промышленности составля­ли 3 процента, то в начале 1996 года их доля возросла до 28 процентов. С другой стороны, широкое распрост­ранение неплатежей сигнализирует, что значительная часть производите­лей сопротивляется изменениям цено­вых соотношений, превышающим их адаптационные возможности. До тех пор, пока не будет решена проблема неплатежей, нельзя говорить об устой­чивости системы цен.

При этом следует иметь в виду, что неплатежи отраслей, находящихся в неблагоприятном финансовом поло­жении, перераспределяются как на наиболее рентабельные сектора эко­номики (в первую очередь ТЭК), так и на государственный бюджет, во многом сводя на нет усилия по стаби­лизации. В самом деле, в 1993-1994 годах такой лидирующий сектор рос­сийской экономики, как ТЭК, компенсировал задолженность ему потре­бителей значительными налоговыми льготами. В частности, были осво­бождены от пошлин все экспортные поставки нефти и газа, совершаемые в пределах квот (что относилось к по­давляющему большинству экспорта), а дополнительный доход от экспорта был освобожден от налога на при­быль.  По оценкам МВФ[3], фактичес­кая налоговая нагрузка в нефтяной промышленности составляла в 1993- 1994 годах 40-43 процента от номи­нальной, а в газовой - лишь 30-31 процент. В 1995 году, когда перекла­дывать взаимные задолженности на го­сударство за счет получения льгот ста­ло сложнее, предприятия увеличили долю неплатежей непосредственно в бюджет. За период с 1 марта 1995 го­да по 1 марта 1996 года такая доля в приросте просроченной задолженно­сти составила 27 процентов по срав­нению с 21 за предшествующий пе­риод. Всего же в результате действия всех рассматривавшихся выше факто­ров поступление налогов в консолиди­рованный бюджет снизилось с 29,5 про­цента от ВВП в 1992 году до 17,5 про­цента в январе-феврале 1996 года.

Общие возможные подходы к про­ведению реформ можно было бы сформулировать в виде следующих двух позиций.

Позиция сторонников жесткой мо­нетарной политики. Усиление госу­дарственного регулирования экономи­ки, использование тех или иных ад­министративных ограничений либо не эффективно, либо грозит возвраще­нием государственной административ­ной системы. Главное препятствие на пути выхода из кризиса с последую­щим переходом к экономическому ро­сту - инфляция. Если денежная мас­са и спрос (особенно на промежуточ­ную продукцию) будут расти ограни­ченно, предприятия рано или поздно перестанут повышать цены. Правда, при этом производство сократится. Но сокращение произойдет за счет не­эффективных, убыточных произ­водств. Это неизбежно и в определен­ной степени желательно, поскольку высвободит ресурсы для развития эф­фективных, прибыльных предприя­тий, которые и станут базой последу­ющего подъема экономики.

Позиция оппонентов. При резких диспропорциях в технологическом раз­витии отраслей, в условиях нестабиль­ности и непредсказуемости, блокирующих инвестиции в производство, не­развитости систем экономической ин­формации и т.д. относительное сжа­тие денежной массы и образующийся в результате разрыв между плате­жеспособным спросом и инфляцион­ным нарастанием затрат ведет к паде­нию производства и огромным разры­вам в финансовом положении отрас­лей. Это недопустимо в социальном плане, подрывает возможности струк­турной перестройки экономики, ве­дет к сокращению налоговых поступ­лений в бюджет. 1

Альтернативная по отношению к проводимой правительством стратегиям может быть основана на "гетерогенной" политике, предусматривающей соче­тание монетарных рычагов и непос­редственного государственного регу­лирования. Последнее может быть на­правлено в первую очередь на исправ­ление и стабилизацию межотраслевых соотношений цен, стимулирование и гарантирование инвестиций в приори­тетные сектора производства, повы­шение предсказуемости экономичес­кой ситуации. Задача преодоления инфляции не рассматривается в этом случае как самоцель, а решается со­вместно со стабилизацией производ­ства.

Различие между указанными подхо­дами можно сравнить с выбором меж­ду хирургическим и терапевтическим лечением тяжелого больного - ответ зависит от того, выдержит ли "паци­ент" радикальное лечение и есть ли время для менее болезненной, но дли­тельной терапии. Практика покажет, на каком из этих путей удастся добить­ся устойчивой стабилизации, а затем и подъема российской экономики. В любом случае изучение этого процес­са обогатит представления о принци­пах и методах преодоления кризисов современных экономических систем.

      7.2 Инфляция - денежное явление

 

        B 1991-1995 годах Россия оказалась охваченной высокой инфляцией. Ежегод­ные темпы прироста цен в течение пяти лет подряд превышали 100 про­центов.

Социально-экономические послед­ствия инфляции очевидны. Обесце­ниваются результаты труда, уничто­жаются сбережения физических и юридических лиц. Высокая инфля­ция разрушает денежную систему, усиливает отток финансовых ресур­сов в торгово-посреднические операции, ускоряет бегство капита­ла, способствует вытеснению наци­ональной валюты во внутреннем обращении иностранной, подрывает возможности устойчивого финанси­рования государственного бюджета. Это эффективнейшее средство пере­распределения национального богат­ства от наиболее бедных слоев насе­ления к наиболее богатым усиливает социальную дифференциацию обще­ства. Подрывается социально-поли­тическая стабильность в стране, раз­виваются популистские, авторитар­ные, диктаторские тенденции. В течение последних лет высокая инф­ляция оставалась для России эконо­мической проблемой номер один.

Вслед за Милтоном Фридманом мы можем повторить: «Инфляция всегда и везде является денежным явлени­ем». Уровень цен в той или иной экономике предопределяется количе­ством и скоростью обращающихся в ней денег. Соответственно важней­шая причина ускорения инфляции состоит в более быстром росте номинальной денежной массы по срав­нению с реальным ростом производ­ства. Темпы инфляции, как прави­ло, прямо пропорциональны темпам прироста денежной массы, темпам увеличения скорости денежного об­ращения и обратно пропорциональ­ны темпам прироста реального про­дукта. Зная эти переменные, мож­но не только объяснить движение инфляции в прошлом, но и спрогнозировать ее развитие на будущее. Обладая таким знанием, можно и управлять ею.

Некоторые «немонетарные» факто­ры инфляции при внимательном рас­смотрении оказываются самыми что ни на есть монетарными. Например, снижение реального продукта при стабильном уровне денежной массы, как правило, приводит к повыше­нию темпов инфляции, поскольку меньшему объему реального продукта противостоит прежнее количество денег. В то же время возрастание объемов производства при прежнем объеме денежной массы и при всех прочих равных условиях способству­ет дефляции - снижению уровня цен.

Как создается, ускоряется и укро­щается инфляция? Основным ее ис­точником выступает денежная масса в обращении, создаваемая Центра­льным банком. На первой стадии ЦБ увеличивает свои активы путем предоставления кредитов правитель­ству, коммерческим банкам, зару­бежным странам и отдельным пред­приятиям (если такое предусмотре­но национальным законодатель­ством), а также в результате увели­чения золото-валютных резервов. Рост активов Центрального банка одновременно приводит к соответ­ствующему возрастанию его пасcивов, то есть к созданию денежной базы. Последняя состоит из налич­ности в обращении, а также обяза­тельных и необязательных («излиш­них») резервов коммерческих банков в ЦБ.

Вторая стадия создания денег на­ступает тогда, когда коммерческие банки, опираясь на свои резервы в ЦБ (обязательные и добровольные), увеличивают кредитование клиентов. Остатки денег на счетах клиентов коммерческих банков в совокупнос­ти с наличными деньгами в обраще­нии составляют денежную массу. Отношение между денежной массой и денежной базой, показывающее, какое количество денег создается в результате «разрастания» денежной базы, называется денежным мульти­пликатором.

Таким образом, количество денег в обращении предопределяется кре­дитной эмиссией ЦБ. Увеличение его активов - по какому бы напра­влению оно ни происходило - не­избежно приводит к возрастанию денежной базы, что благодаря эф­фекту мультипликатора приводит к увеличению денежной массы, кото­рая и воздействует на повышение темпов инфляции. Центральный банк - это единственное учрежде­ние в стране, которому позволено «создавать деньги». Поэтому любое его увеличение активов носит инф­ляционный характер.

В отличие от этого кредиты ком­мерческих банков новых денег не создают, и потому их природа не инфляционна. Тем не менее увели­чение денежного мультипликатора в результате кредитной деятельности коммерческих банков способствует ускорению инфляции. Если же кре­дитная экспансия коммерческих банков при стабильном уровне денем- ной базы превосходит некий уровень приемлемых рисков, то ее следстви­ем может стать крах банков, прово­дящих наиболее рискованную поли­тику. В результате банковских банкротств клиенты теряют свои средства на банковских счетах, раз­меры денежной массы сокращаются, объем совокупного денежного спро­са уменьшается, цены падают. Си­стема возвращается в свое первона­чальное состояние.

 

7.3 КРЕДИТНАЯ ЭМИССИЯ ЦЕНТРАЛЬНОГО БАНКА - ГЛАВНЫЙ ИСТОЧНИК ИНФЛЯЦИИ

По структуре активов Центрально­го банка можно судить о структуре источников инфляции, в нашем слу­чае - российской. Весь прирост ак­тивов за последние годы шел по пяти основным направлениям.

1. Прирост чистых международных резервов в виде драгоценных метал­лов и увеличения чистой валютной позиции ЦБ.

2. Прирост кредитов правительству (Минфину) в виде прямого креди­тования дефицита федерального бюд­жета, централизованных кредитов отдельным секторам экономики, а также в виде косвенного кредитова­ния дефицита путем приобретения государственных ценных бумаг.

3. Прирост кредитов коммерчес­ким банкам как в виде прямого кре­дитования путем предоставления централизованных кредитов, через «открытое окошко», кредитные аук­ционы, в виде овердрафта, при про­ведении операций типа «репа» - выкупа у банков государственных ценных бумаг.

4. Прирост кредитов «прочим за­емщикам» - незначительное креди­тование отдельных предприятий не­посредственно ЦБ, минуя коммер­ческие банки, что имело место в 1992-1993 годах.

5. Прирост кредитов, предостав­ленных государствам рублевой зоны.

Темпы прироста активов Централь­ного банка России были наиболее высокими в 1992 году. Высокое со­отношение приростов его активов к валовому внутреннему продукту - 41,1 процента - было обусловлено прежде всего масштабным кредитованием как государственного бюдже­та, так и коммерческих банков и го­сударств рублевой зоны.

В 1993 году российскому прави­тельству удалось существенно сокра­тить величину бюджетного дефици­та, что уменьшило потребность в кредитах ЦБ. Кроме того, к концу года было полностью прекращено кредитование государств рублевой зоны. В то же время существенно увеличился удельный вес кредитов коммерческим банкам. В целом прирост активов ЦБ снизился до 17,7 процента ВВП.

В 1994 году ЦБ прекратил выдачу кредитов коммерческим банкам по субсидированным ставкам. В то же время он был вынужден увеличить кредитование дефицита бюджета, существенно возросшего по сравне­нию с 1993 годом. На эти цели был направлен практически весь прирост кредитов Центробанка, составивший 12,6 процента ВВП.

Переход к не эмиссионному финан­сированию дефицита бюджета в 1995 году закрыл и этот источник кредит­ной эмиссии. Практически весь при­рост активов ЦБ в 1995 году, соста­вивший 3,9 процента ВВП, был обусловлен увеличением валютных резервов денежных властей.

В начале 1996 года основной при­рост активов ЦБ был направлен на косвенное кредитование государст­венного бюджета. Общий прирост активов Центробанка в первом квар­тале 1996 года составил 5,0 процен­та ВВП.

 

7.4 ДЕНЕЖНЫЕ ИНДИКАТОРЫ И ИНФЛЯЦИЯ

Наращивание кредитной эмиссии Центрального банка приводит к воз­растанию объемов денежной базы и денежной массы. Наиболее высокие темпы прироста денежной массы (аг­регат М2) наблюдались в 1992 году - в среднем 19,9 процента в месяц. Затем в результате перехода к уме­ренно ограничительной, ограничи­тельной, а затем и достаточно сдер­жанной денежно-кредитной полити­ке ее темпы последовательно снижа­лись - до 13 процентов в 1993-м, 9,5 - в 1994-м, 4,7 - в 1995-м и 3- в первом квартале 1996 года.

Другим важнейшим фактором, постоянно влиявшим на темпы инфляции, выступала скорость денеж­ного обращения. За последние годы динамика этого показателя несколь­ко раз менялась, что свидетельство­вало о серьезных изменениях в рос­сийском денежном механизме.

В первой половине 1992 года его значение росло, в августе - ноябре того же года - падало. С декабря 1992 года по апрель 1994 года скорость об­ращения денег в российской эконо­мике вновь стабильно возрастала, увеличившись за полтора года почти вдвое - с 5,4 до 10,6 раза. После короткого периода уменьшения до 8,8 раза в мае-августе 1994 года в течение следующего года она устой­чиво росла, поднявшись к сентябрю 1995 года на 35 процентов - до 1 1,8 раза. Однако явное приближение финансовой стабилизации осенью 1995 года способствовало резкому сокращению скорости денежного обращения: за октябрь 1995 года - март 1996 года она упала на 25 про­центов.

В результате взаимодействия обо­их важнейших факторов инфляции - динамики денежной массы и скоро­сти ее обращения - среднемесячные темпы инфляции последовательно снижались. Если в 1992 году они до­стигали 31,2 процента, то в 1993 году

- 20,6, в 1994-м - 10,0, в 1995-м - 7,2, а в первой половине 1996 года они упали до 2,5 процента, а в таблице указаны еженедельные темпы инфляции за период с 27 февраля по 9 апреля 1997 года.

Òàáëèöà: Åæåíåäåëüíûå òåìïû èíôëÿöèè (%) .

ÌÀÐÒ ÀÏÐÅËÜ
27.02-5.03 6.-12.03 13.-19.03 20.-26.03 27.03-2.04 3.-9.04
0,3% 0,4% 0,3% 0,3% 0,2% 0,2%

Таким образом, за последние пять лет произошел последовательный переход российского правительства и Центрального банка от весьма мяг­кой денежно-кредитной политики к умеренной и, наконец, к достаточ­но сдержанной. Закономерным ре­зультатом этого стало последователь­ное замедление темпов инфляции.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

ИТАК ЯВЛЯЕТСЯ  ЛИ СНИЖЕНИЕ ИНФЛЯЦИИ УСТОЙЧИВЫМ, А ПОБЕДА НАД НЕЙ - ОКОНЧАТЕЛЬНОЙ?

В апреле 1996 года темпы инфля­ции в России снизились до 2,2, в мае - до 1,6, в июне - 1,2 процента. Майская и июньская инфляция ока­залась, таким образом, ниже пока­зателя любого месяца за последние пять с половиной лет начиная с де­кабря 1990 года. Такое снижение означает практическое приближение к такой ценовой стабильности, ка­кая признается нормальной в циви­лизованных рыночных государствах.

Начало финансовой стабилизации в России означает:

- воссоздание важнейшего (хотя и не единственного) предваритель­ного условия прекращения хозяй­ственного спада и восстановления экономического роста, хотя, конеч­но же, нет гарантии, что рост нач­нется именно завтра;

- совершенно иной уровень ответ­ственности при принятии любых экономических решений как на мак­ро-, так и на микроуровне;

- радикальное снижение инфля­ционного налога, значительную часть которого вынуждена платить наименее защищенная часть населе­ния - пенсионеры, студенты, люди, занятые в бюджетной сфере,

- замедление социального расслоения, ограничение перерас­пределения национального богатства от наиболее бедных слоев населения к наиболее богатым.

Вне всякого сомнения, начало ре­альной финансовой стабилизации весной 1996 года - это крупная по­беда властей - и правительства, и Центрального банка. Безусловно, это и победа настоящих реформато­ров как при портфелях, так и без них, убедивших и в конце концов заставивших власти сменить проинфляционную политику на антиинф­ляционную. Это действительно одно из важнейших достижений экономи­ческой политики, осуществленное как раз тогда, когда это казалось менее всего вероятным - после пар­ламентских и накануне президент­ских выборов.

Успех достигнут благодаря приме­нению совершенно стандартных инструментов макроэкономической политики, классических монетаристских методов. И произошло это, несмотря на все псевдонаучные рассуждения о так называемом «затратном» характере российской ин­фляции, о ее «институциональ­ных», «структурных», «монополи­стических» корнях. Несмотря на бесконечные заявления об особен­ностях российской экономики, «ин­фляции издержек», «инерционности процессов в огромной стране», «разрыве хозяйственных связей», о существовании «естественного» фона инфляции в 20 или 10 процентов в месяц и т.п.

Эта исключительно серьезная по­беда далась огромной ценой. Ценой длительных отступлений, ненужных компромиссов, неоправданных потерь.

ВО-ПЕРВЫХ, последняя попыт­ка достижения финансовой стабили­зации оказалась уже четвертой за последние пять лет. У граждан стра­ны накопилась психологическая ус­талость от регулярно произносив­шихся и долгое время невыполнявшихся обещаний. Доверие к влас­тям, провозглашавшим благородные цели, доверие к политическим си­лам, поддерживавшим в этом влас­ти, вера в способность достижения провозглашавшихся целей, оказа­лись серьезно подорванными.

ВО-ВТОРЫХ, несмотря на, каза­лось бы, немалый опыт, накоплен­ный в предыдущие годы, количество ошибок, совершенных во время даже и самой последней и самой ус­пешной попытки финансовой стаби­лизации, все равно оказалось таким значительным, что для получения первых результатов она потребовала минимум полутора лет вместо 6-8 месяцев, как это было в большин­стве переходных экономик Центра­льной и Восточной Европы.

В-ТРЕТЬИХ, ошибки в проводив­шейся экономической политике, равно как и сохраняющиеся импер­ские амбиции значительно повыси­ли социальную цену снижения инф­ляции. В дополнение к потерям в уровне жизни, нанесенным преды­дущими популистскими эксперимен­тами, попытка достижения финан­совой стабилизации 1995-1996 го­дов обернулась для жителей России значительным снижением их реальных доходов, расходов, потре­бления.

В-ЧЕТВЕРТЫХ, нынешняя побе­да над инфляцией была достигнута в результате не только проведения экономических реформ, нацеленных на стабилизацию налоговых поступ­лений и сокращение государствен­ных расходов, но и в результате на­ращивания внутренних и внешних займов. Власти пошли по пути наи­меньшего сопротивления. Так, в январе-апреле 1996 года более 40 процентов всей деятельности феде­рального правительства осуществля­лось за счет кредитов. Краткосроч­ная и относительно легко излечива­емая (при последовательных рефор­мах) «простуда» высокой инфляции

была конвертирована в тяжелую и хроническую болезнь высокой задол­женности.

В-ПЯТЫХ, платой за замедление инфляции стало частичное восста­новление прежней административ­ной, государственно регулируемой экономики. Власти начали приме­нять замораживание цен на продук­цию топливно-энергетического ком­плекса, централизованно регулиро­вать цены естественных монополий, запрещать поставщикам электро­энергии и газа отключение злостных неплательщиков, изобретать «товар­ные кредиты», регулярно проводить подрывающие деловую этику нало­говые амнистии, внедрять в оборот денежные суррогаты в виде налого­вых освобождений, вексельных кре­дитов, компенсировать недостаток бюджетных средств финансировани­ем коммерческих банков по феде­ральным гарантиям и т.п.

Тем самым правительство своими собственными действиями хотя и способствовало замедлению темпов инфляции, но одновременно спро­воцировало бюджетный кризис, рост неплатежей, усиление натура­лизации экономики и бартеризации хозяйственных операций, возникно­вение параллельных рублю квазивалют. В итоге «рыночная прозрач­ность», а с нею и эффективность российской экономики существенно уменьшилась по сравнению с тем, что было достигнуто даже в 1992- 1993 годах. «Благодаря» таким дей­ствиям экономический рост, если и придет в Россию, то гораздо позже, и темпы его будут существенно ниже,' чем это могло бы быть.

Одержанная таким образом побе­да над инфляцией означает в то же время и в известной степени победу над самой рыночной экономикой, над рыночными реформами. И по­тому она не является ни вполне ус­тойчивой, ни окончательной. И это значит, что полная цена за нее еще не уплачена. Будущее погашение долгов, внутренних и внешних, не­возможно без неизбежных потерь в уровне жизни. Ликвидация государ­ственного регулирования, дальней­шая либерализация российской эко­номики не могут не привести к но­вой, хотя, хочется надеяться, не столь высокой, как ранее, инфля­ционной волне.


Литература :

I . Политическая экономия . Учебник для высших учебных заведений.

     Под редакцией Медведева В.А.

     М.: Политиздат, 1988.

 

2.  Макконнелл, Брю.

     Экономикс. Том 1.

     М.: Республика, 1992.

3.  С . И . Лушин .

     Откуда взялась инфляция?

     Финансы N9 , 1 9 9 2 .

5.  «Экономика». С.Фишер, Р.Дорнбуш, Р.Шмалензи  Москва 1995 год.

6. Российско-германский журнал по экономической теории и практике « Политэконом »

      2 тема номера: «Инфляция и денежный порядок» 1996 год.

7. В . Б . Маневич , В . Л . Перламутров .

     Об инфляционной политике .

     Финансы N8 , 1 9 9 3 . 

8.   ДОКЛАД "ОБ ИТОГАХ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ

     ФЕДЕРАЦИИ В 1996 ГОДУ  И ПЕРСПЕКТИВАХ ЕЕ РАЗВИТИЯ В 1997-2000 ГОДАХ"

          МИНИСТЕРСТВО ЭКОНОМИКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.

          ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО СТАТИСТИКЕ.


[1] «Экономика» С. Фишер, Р.Дорбнуш, Р. Шмалензи стр.602

[2] Гурвич Е.Т. и др. Приватизация: Первые обнадеживающие итоги. Российский мониторинг, 2, 1993г.

[3] Sunley. E.M. et al. Russian Federation: taxation of the oil and gas sector. IMF, 1995

 [AK1]


Страницы: 1, 2


© 2010 Собрание рефератов